Под прессом (фантастика)

- Слушайте сюда, девочки! – обратился Джерри к трём стоящим перед ним девочкам-шпионкам в латексных костюмах, держа в руках ампулу – Это – наша новая уникальная разработка!
- Что это, Джерри? – певучим голосом, несколько безразлично, спросила Кловер
- Это – уникальный препарат! Введенный в ваше тело, он заставляет ваши клетки ускорено регенерировать!
- Что это значит? – спросила Кловер
- Это значит – перебила Алекс – Что теперь раны, полученные нами в сражениях, будут заживать намного быстрее!
- Верно! – сказал Джерри, - Но не только! Это средство поможет вам восстановиться, даже ели вы получите серьёзные увечия, например, вас расстреляют из автомата. Благодаря этому веществу, ваши раны быстро затянутся, а повреждённые органы – восстановятся. Действие вещества – около часа!
- Здорово! – сказали девочки
- Но! – перебил Джерри – Оно пока не проверено. И помните: если вы потеряете большую часть себя, скажем, разорвёт пополам, новая не вырастет.

Поздний вечер. Лаборатория опустела, все сотрудники ушли по домам. Стащив у Джерри карточку доступа, в лабораторию тайно проникает Сэм.
«Так, посмотрим, что там Джерри нахимичил! Восстановит всё, говоришь?» - думала Сэм, открывая небольшой промышленный холодильник, в котором хранился препарат. Потом, включив компьютер, она залезла в базу данных, и по бумажке с надписью, нашла инструкцию – сколько вводить препарата, и как.
Сэм взяла шприц, набрала нужную дозу, и поставила себе укол в руку…
«Странно, вроде ничего не происходит…». В инструкции было написано, что средство начнёт действовать через 10 минут после введения, и будет действовать около часа. Сэм оглядела лабораторию. Карточкой доступа, она открыла герметичный шкаф с работающей кварцевой лампой – в нём находилось стерильные медицинские инструменты. Она взяла скальпель… «Так, 10 минут уже прошло! Можно попробовать…» Сэм сняла чехол, и провела лезвием скальпеля себе по руке. Было больно, потекла кровь… Однако, спустя несколько секунд, рана начала затягиваться, и не прошло и пол минуты, как от места пореза не осталось и следа. «Ладно, тогда попробую посильнее!» - подумала Сэм, и, глубоко вонзив скальпель, превозмогая боль, провела себе по руке. Крови выступило много, но через пару секунд, рана начала заживать, а спустя секунд 30-40, от места пореза опять не было никаких следов. «Значит, боль я всё-таки чувствую так же, но повреждение заживает мгновенно!» - размышляла Сэм – «Класс!».

Я была скрытой мазохисткой. Никто в команде про это не знал, разве что Джерри, наблюдающий за нами изо всех щелей. Как-то раз, я взяла у мамы бельевые прищепки, и попробовала защемить ими сосочки. Как же мне было приятно в этот момент. Прищепки сильно сдавили соски, но эта боль была такой классной, и я, вместо того, чтобы снять их, мастурбировала, наслаждаясь ощущениями. Потом, я попробовала поставить их наоборот – сплющить сосочки не сверху и снизу, а слева и справа. М-м-м, с-с-с, я стонала от возбуждения, когда расплющенные соски с болью расплющивались в другую сторону. Словами не передать, как это было приятно!
Позже, я пробовало всякое со своими сосками, например, тушить о них зажжённые спички. Или вплавить в те же прищепки канцелярские кнопки, и зажать сосочки уже полученной конструкцией. Это было офигенно!
Но, я никогда не решалась расплющить соски целиком. Просто взять, и раздавить! Но, если сейчас у меня регенерируют порезы, то… почему бы мне ни сделать это – и ни расплющить соски до конца?
Я потекла от одних только мыслей об этом. Снимаю свой латексный костюм, остаюсь совсем голенькая, на мне нет – ничего! Осматриваю лабораторию. Здорово, тут есть то, что мне надо – автоматические тиски! Как обычные, только с кнопкой. Эти умники такие ленивые, что им лень вращать ручку, проще нажать кнопку. Беру две штуки, креплю на столе, просовываю свои сосочки между их металлическими губками, и нажимаю кнопку «Пуск». Тиски медленно пришли в движение. Губки стали смыкаться вокруг моих сосочков. Я уже чувствую металлическое касание. Соски начинает сдавливать, но пока что, терпимо. Уф, уже больно, как от прищепок. М-м-м, вау, они так сильно давят! Но, я не буду их оттуда доставать! Пусть раздавят до конца! Ого, больно-то как, аж в руки отдаёт, уф-ф. Смотрю на сиськи: тиски на сосках почти сомкнулись. Мои сосоки сейчас меньше миллиметра! Нажимаю «Обратный ход». Тиски раскрываются, боль стихает. Смотрю на соски – они плоские! Ощупываю их – они плохо чувствуют прикосновения, и болят. Но это – эротическая боль, мне, как мазохистке, очень приятно! Падаю на пол от удовольствия, и начинаю мастурбировать клитор. М-м-м, приятно-то как! Я сделала это – я расплющила их до конца! Соски тем временем, начинают возвращать свою форму. Регенерация работает. Их больно задевать, но… я раздавливаю сосок левой руки в другую сторону – тиски раздавили их слева и справа, а я давлю сверху и снизу. Больно… Но приятно. Прикольно даже! Начинаю давить на сосочек импульсами – давлю, не давлю, снова давлю. Супер! Сосок приятно щипало, как будто иголочками в него тыкаю. Он постепенно набрал свою форму, и…стало не больно. Ладно. Беру тиски, и сдавливаю себе сосочки в другую сторону – теперь сверху и снизу. Проделываю всё то же самое… И снова эта клеевая боль от раздавливания сосков до состояния почти полной плоскости… Классно! Падаю на спину, и снова мастурбируя, на этот раз, левой рукой, правой теребя восстанавливающийся после расплющивания сосочек, доставляя себе ещё эротической боли. Снова поворачиваю тиски, расплющиваю сосочки, раздвигаю тиски, но уже не мастурбирую, а с расплющенными сосками иду по лаборатории.
Так, что тут у нас? Беглым взглядом, я не обратила внимания на эту машину, но когда подумала… я аж потекла: «Сейчас я расплющу себе не только соски, а сиськи целиком!». Это был гидравлический пресс. Я подбежала к нему, переключила тумблер включения. Пресс провёл диагностику, пожужжав двигателями. На панели управления зажглась подсветка. Изнемогая от возбуждения, я положила сисечки на металлическую пластину под пресс. Пальчиком руки, нащупала кнопку включения… «Ну, Сэм, держись! Сейчас тебе будет больно, как никогда!» - подумала я, и нажала кнопку. Гидравлический пресс пришёл в движение, и медленно начал опускаться. Вот, я уже чувствую холодный металл на своих грудях. Этот металл неумолимо начинает опускаться всё ниже. Я ощущаю лёгкое давление. Давление становится всё сильнее. Сисечки начинают болеть… Я ещё могу попытаться их вытащить из-под пресса… Но я не буду это делать! Поставив руки на пояс, я позволяю прессу расплющить мои груди дальше! Боль усиливается… Но я лишь продолжаю смотреть, как пресс смыкается на моих сиськах, держа руки на поясе. Сисечки уже на пределе, они где-то сантиметр в толщину, и очень сильно болят. Дальше раздавливать их? Конечно! Это невыносимо больно, но… Мне даже приятно как-то. Эта боль – она эротичная, и возбуждающая! Это – как сдавить соски, только намного сильнее. Пресс тем временем совсем расплющил мои сиськи. Вот перед прессом моё 3D-тело, и вот от него под пресс уходят раздавленные титечки, которые там сейчас в толщину меньше микрометра!
Нажимаю обратный ход. Сиськи аж прилипли к металлической пластине. Они действительно плоские – тоньше копакт-диска. Толщиной, пожалуй, с полиэтиленовый пакет. «Я такое с ними сделала!» - посмотрела я на то, что от них осталось. Отклеила от пластины. Они висят… полностью плоские. Соски тоже расплющило! Вау! Падаю в кресло, и начинаю мастурбировать. На этот раз, меня аж трясло от возбуждения. Спустя пару минут, сиськи начали восстанавливаться. Забавно, но первыми набухли именно сосочки. Я думала, что восстановление начнётся от той части, что была ближе к остальному телу, ан нет. Потихоньку, сиськи возвращали себе округлую форму. Складки от расплющивания, оставались, а сами сиськи из абсолютно плоских становились всё округлее… Наконец, спустя ещё минут пять, они полностью восстановили свою форму. Они даже не болели. Лишь набухшие от возбуждения сосочки приятно ломило при касании – это от наслаждения.
Я проделала это ещё раз. Опять расплющила сиськи с тем же набором ощущений. Всё так же, до состояния полной плоскости. Потом бросилась в кресло, и продолжила мастурбировать. На середине пути восстановления, я внезапно подумала: «Я не позволю вам восстановиться!», и снова бросилась к прессу, положила на пластину свои восстанавливающиеся сиськи, и запустила механизм.
Пресс расплющил их вновь. Боль в этот раз была ещё сильнее – ведь пресс расплющивал не здоровые титечки, а находящиеся в процессе восстановления. М-м-м, а я их опять до состояния полной плоскости!
«А что, если мне»… - меня аж передёрнуло от этой мысли – «Целиком туда залезть?» - подумала я, глядя на пресс. И, не раздумывая, полная возбуждения, подставив стул, я полезла на пластину – под пресс. Легла на пластину. Она холодная! Нащупываю рукой кнопку запуска, нажимаю. Пресс приходит в движение. Я вижу, как на меня надвигается его толстая металлическая пластина, но… я лишь расслабленно лежу, ожидая, что сейчас будет…
Когда меня расплющивало, болело всё! Даже словами не описать, как было больно. Но, я же мазохистка! Мне понравилось! Пресс опустился до конца, превратив меня в 2D. Когда он достиг максимума, сработала автоматика, и он поехал в обратную сторону, а я, полностью расплющенная, продолжила лежать на столе.
Удивительно, но мои мышцы работали! Я, плоская, как бумажка, могла шевелиться. Я встала, посмотрела на себя – полностью расплющенная! Ого! Я реально, как бумажка… Опустила глаза вниз – мои босые ножки полностью раздавлены, пятка припечатана, но я могу ступить на носочек. Больно не было. Забавно, но я могла выгибаться, словно тонкий лист металла или пластика. Мои ноги и руки полностью гнулись, как змея, только плоская.
Ложусь на пол. Плоскими пальцами тереблю плоский клитор… Хорошо!
Тело начало восстанавливаться минуты через три. Сперва голова и пальцы рук. Было очень больно. Потом, начал восстанавливаться торс и ноги. От боли, я уже не могла мастурбировать, я могла лишь орать. Громко, на всю лабораторию. Но, под землёй, за толстыми бронированными стенами оной, меня никто не слышал. Восстановление целиком заняло около 10 минут. Боль постепенно утихала, и я вновь вернулась к мастурбации. Когда боль стихла окончательно, я поняла, что восстановилась. Я подошла к месту, где сняла одежду. На моём поясе был закреплён гаджет – шпионская мини-камера, снимающая в 8K при 120 кадрах и со стереозвуком. Я запечатлю это!
Включаю камеру, ставлю перед прессом, и… опять лезу под него, запуская механизм, но на этот раз – на видео!
На этот раз, я легла на живот. Запускаю механизм… В этот раз я не видела, как приближается ко мне пластина пресса, но я почувствовала её холод спиной. Пластина вдавила меня в металлическую подложку, и вновь расплющила меня с сильнейшей болью. М-м-м, супер!
Пресс поехал вверх. Когда он поднялся достаточно высоко, сработал механизм. Стало тихо. Плоская, я отделилась от пластины, в которую была вдавлена. Скручиваясь как будто в рулон, поднялась, до пояса. Подняла такую же скручивающуюся будто в рулон ручку. Смотрю в камеру довольным взглядом, показывая большим и указательным пальцем, что я – плоская (этот жест вы могли наблюдать у Шурыгиной, когда она показывала «на донышке»). Таким же образом, отделяю от пластины полностью плоскую ногу, и задираю её над собой. Нога скручивается в рулон, а плоская ступня выкручивается в обратную сторону. Смотрю в камеру взглядом, полным возбуждения!
«Джерри!» - сказала я сдавленным голосом – «Твоя разработка полностью работает!».
Затем, я изогнулась так, что оказалась на ногах. Пятка всё так же приплюснута, поэтому я могу наступить лишь на носочек. Спускаюсь на пол. Поставила руки на пояс, и сказала: «Ну, как я вам? Достаточно худенькая?» - после чего, рассмеялась. Ложусь на пол, и прямо перед включённой камерой мастурбирую…
Три минуты прошло… Тело начинает восстанавливаться. Чувствую нарастающую боль! «А сейчас, Джерри, мне будет очень больно! Знаешь, откуда я это знаю? Это уже второй раз, как я себя расплющила!». И около пяти минут ору от боли, а потом пять минут ещё стону. Тело в это время восстанавливалось. Из полностью плоской, я потихоньку округлялась. Минут через 10, я полностью пришла в своё исходное состояние, боль прекратилась. Я посильнее надавила на клитор, и испытала сильнейший в своей жизни оргазм, каких ещё не было. Камера всё это фиксировала. Теперь Джерри точно узнает мою мазохистскую тайну!