Новогоднее приключение

Немного додуманная история на основе реальных фактов.
Оля проснулась от странной смеси ощущений: одновременно хотелось пить, еще больше - в туалет, и ощущения чужой кровати. Сознание возвращалось достаточно бытро: новый год, загородный коттедж, пиво несколько бокалов шампанского, после чего ей страшно захотелось спать и ее уложили в одной из дальних комнат. На столике стояла начатая фляга с колой и Оля, не удержавшись сделала несколько жадных глотков. Расплата пришла почти мгновенно - в туалет захотелось настолько, что пришлось зажать между ног подушку. Спаленка была очень тесной. Между двумя кроватями был только узенький проход. На второй кровати кто-то мирно посапывал, в полутьме Оля с трудом узнала свою троюродную племянницу.
В отличие от Оли, которую уложили спать прямо в джинсах девочка была одета в мягкую шелковую пижамку. Вдруг, она резко согнулась, зажав себя между ног, и открыла глаза. Она быстро скинула одеяло, подбежала к двери и начала ее дергать, дверь не открывалась. Тут девочка заметила свою тетю: "Тетя Оля, что с дверью, я очень писать хочу".
- Потерпи, Танечка, сейчас разберемся. Оля встала, подошла к двери, подергала, затем настойчиво постучала. Ни дверь, ни за дверью никакак не отреагировали. Причем, во всем коттедже стояла тишина.
Да где же они могут быть?
- Тетя Оля, они собирались в центр поселка на фейерверк. Сколько сейчас времени?
- 2 ночи. А во сколько фейерверк?
- Да в 2 часа и начнется. Что же делать? Я уже еле терплю. Я выпила перед сном больше литра колы.
"Мне бы твои проблемы",- подумала Оля. Во мне более мочегонной смеси почти 2 литра. Но вслух сказала:
- Ложись, попробуй уснуть, во сне меньше писать хочется. Можешь даже рядом со мной лечь. Молодая женщина и девочка-подросток устроились на одной кровати. Огромная проблема объединяла и роднила их, делая страдания не такими тяжелыми. Спать они, конечно уже не могли. Провертевшись пол-часа девочка встала и начала осматривать углы комнаты в надежде найти любую емкость в которую можно было бы облегчиться. Но в комнате кроме двух удобных кроватей тумбочки и ночника ничего не было.
Таня лежала в позе зродыша, сжав между ног одеяло. Она терпел из последних сил, но чувствовала, что ее тете ничуть не легче. И она стеснялась добавлять свои проблемы этой красивой женщине, страдающей рядом. Давление в мочевом пузыре Ольги было немыслимым, но она тоже не могла описаться, когда рядом терпит еще фактически ребенок. Она прижала племянницу к себе, погладила ее волосы:
- Терпи, Танюшка, дожны же эти идиоты наконец вернуться и впомнить о нас. Таня развернулась к тете лицом, обняла за шею и уткнулась носом в плечо. Так бы лежать и спать, тихо посапывая. Но даже мягкая резинка пижамы доставляла девочке невыносимые страдания. А еще труики-шертики, надетые под нее. Что уж говорить об Ольге, которая была в довольно туго сидящих джинсах. Девушки могли бы и дотерпеть, если бы о них сейчас вспомнили. Но видно это была не их ночь. Очередной позыв заставил Таню застонать и обвить ногами стройную фигуру тети.
- Я сейчас описаюсь. Тетя Оля, а с тобой когда-нибудь случались аварии?
- Да, Танюшка. Было однажды, причем в куда худшей ситуации, чем у тебя сейчас. Ездили с классом на экскурсию. Я с утра в поезде не сходила, да еще чаю довольно много выпила. Через пол-часа уже изнемогала, а нас все возили и возили по городу. А тут еще подружка подначила: попей водички и все само решится. Я сдуру и выпила пол-литра колы, думала хоть попроситься решусь. Так и не решилась пока силы терпеть совсем не кончились. А потом пока училку попросила, пока она с водителем пререкалась, пока он думал где же для меня туалет найти, я лужу на весь автобус налила. Стыдобища...
Таня не могла поверить. Эта красивая женщина, которую она считала своим идеалом, чем-то неземным, когда-то была обыкновенной девокой, которая не только и в туалет ходила, но могла и не дотерпеть. Девочка еще плотней прижалась к своей родственнице. И тут Таня решила поделиться своей шальной мыслью:
- Тетя Оля, а давай повторим.
- В каком смыле.
- Допьем колу и посмотрим чем и как быстро для нас это кончится. И девочка, не дожидаясь ответа, схватила с ночника фляжку, и сделала несколько больших глотков. Повинуясь непонятно какому чувству, Оля взяла флягу и допила отаток.
Девушки лежали крепко обнявшись, причудливо переплетя ноги и вздрагивая при каждом новом позыве, которые, впрочем, доставляли им какие-то сладкие муки. Оля поглаживала свою племянницу по гладкой шелково пижамке, ощущая под не трусики, которые девочка почему-то не сняла. Таня гладила свою старшую родственницу, приятно ощущая ее тугую грудь, тонкую талию и выпирающий на плоском животе мячик мочевого пузыря. Девушки буквально ощущали себя не только в своем теле, но и в теле лежащей рядом. Это не были лезбийские игры. Для них Оля, и тем более Таня, были слишком правильные. Но эти поглаживания позволяли превратить муку в мучительно-сладкое приключение.
К сожалению, всему бывает предел. Вдруг Оля почувствовала как девочка-подросток со сладким стоном изогнулась и обоих обожгло потоком горячей жидкости. Тут же часами сдерживаемый напор прорвался и сквозь Олины мышцы, и кровать буквально залили два водопада.
Мысли о том, что делать с мокрой одеждой, как объясняться с хозяевами и кому должно быть более стыдно придут позже, а пока девушки упивались неземным блаженством...