Злостная нарушительница ПДД Юлия Стайнвазен

Злостная нарушительница ПДД
Юлия Стайнвазен

Он ушёл, громко хлопнув дверью. Да, я виновата в этом сама. Слёзы катятся из глаз. Больно и обидно. Началась очередная депрессия. Всё очень плохо, всё просто ужасно. А он, вместо того, чтобы поддержать меня сейчас, когда мне просто необходима его поддержка. Я же многого не прошу. Хотя понимаю, что со мной тяжело, особенно в такой период.
Я знаю, что он вернётся, если не сегодня, то завтра. Ему очень тяжело со мной. Я знаю, какая я иной раз невыносимая. Какая я сучка и стерва. Но что это, я пытаюсь оправдать его?! Это он бросил меня, он хлопнул дверью, а не я! Он ушёл сам, я его не выгоняла! Ну и пусть катится куда подальше! Я справлюсь со всем сама! Только, вот как?!
Всё навалилось одно на другое. Разболелся зуб. Его удалили, поставили коронку, что обошлось мне в очень приличную сумму. Сломалась машина, за ремонт которой пришлось выложить круглую сумму. Прислали огромный штраф за превышение скорости. И меня выгнали с работы. А денег нет, их просто совсем нет. И где их теперь, не имея работы, взять, я не знаю.
Что делать? Позвонить ему, попросить вернуться? Нет, этого я делать ни за что не буду! У меня тоже есть гордость! Надо позвонить верхнему!
Улыбаюсь! Я всегда улыбаюсь, когда думаю о нём. Он славный малый, хоть и считает себя таким умным и крутым. Так верхний же, ему положено. Так забавно, когда он пытается ставить себя выше меня, когда считает, что имеет право воспитывать меня. Вот и в последнюю нашу встречу наказывал меня за то, что я получила штраф за превышение скорости. Ну смешно же! Я взрослая тётя, а он наказывает меня. Как будто поркой можно что-то изменить! Глупенький! Ну как можно наказать поркой взрослую женщину, тем более мазу?! Подыграла, конечно же, раз ему так хочется. Пусть считает, что воспитывает меня! А мне всего лишь нужна хорошая жестокая порка, чтобы до слёз и соплей. Очень помогает, когда депрессия. А его, эти нравоучения во время порки, иной раз так и хочется ему сказать, чтобы перестал страдать ерундой и уже всыпал как следует! Но позвонить надо. Может в этот раз удастся уговорить его на жестокую порку. Ведь это то, что мне сейчас просто необходимо.
Достаю смартфон. Палец уже на кнопке. Но решаю, лучше отправить сообщение. Мало ли, может он занят и не может говорить. Да и не хочу, чтобы он видел, слышал, в каком состоянии я сейчас. Ведь знаю точно, стоит ему что-то сказать и я разрыдаюсь. Я сейчас как маленький ребёнок, которому достаточно показать пальчик и он рассмеётся. Мне достаточно сказать слово, да даже просто промолчать, и я разревусь.
Ответ приходит практически сразу. Он предлагает встретиться сегодня вечером, в 5 часов. Сердечко бешено заколотилось. Я не ожидала, что так быстро. Даже не знаю, я больше обрадовалась или испугалась. Смотрю на часы. У меня ещё есть семь часов. Приходит ещё одно сообщение. Он хочет, чтобы я нарезала розги и предлагает провести порку на свежем воздухе, на нашем месте. Я хорошо знаю это место. Меня пробило на дрожь, а блузка прилипла к спине. Это значит лишь только то, что я испугалась. Он прекрасно знает, как я розги. Но, это шанс. Розги, плюс наше место на природе, где есть хорошее бревно. К нему можно меня привязать, хотя фиксации я боюсь ещё больше, чем розги. Надо попросить его, чтобы... Напроситься на жестокую порку, ведь и розги, и фиксация, и можно поорать от боли, никто не помешает. Но смогу ли я открыть рот и озвучить свою просьбу?! Понимаю, что нет. Ни за что!
Беру в руку смартфон. Рука дрожит. Мне страшно. Слёзы мешают писать. Нужно написать всего одно слово и он всё поймёт. Но я пишу его так долго. Остаётся нажать на кнопку и отправить сообщение. Но палец сам, автоматически находит кнопку, чтобы стереть сообщение. Вовремя останавливаюсь. Если я сейчас сотру, я не смогу больше написать это слово. А потом попросить об этом мне не хватит мужества. И вместо нужной мне жестокой порки получу опять лёгкий массаж попы с нудными нравоучениями, что какая я плохая и, что нужно быть хорошей девочкой. Что девочек надо чаще пороть, чтобы они всегда были послушными и вели себя как положено воспитанным девочкам. Психанула и бросаю смартфон на другую сторону дивана. Дура?! Да, ещё какая. Поднимаю смартфон. О, ужас! Я нечаянно нажала на кнопку отправить и он уже получил моё сообщение. Что теперь будет?! Сердце ушло в пятки, а я покрылась потом. Господи, за что?
Не, ну ни дура ли?! Сама же этого хотела! А теперь, когда смогла сказать о своём желании, в кусты?! Но нет, знаю, что подобные фокусы со мной не проходят. И уже начинаю искать выход. Пытаюсь уговорить себя, что всё хорошо, что именно этого я и хотела. Но тут же пытаюсь себя успокоить, что ничего страшного не произошло. Да, Рихард получил и прочитал сообщение, что я хочу жестокую порку. Но, это ещё не значит, что он согласится и выпорет меня именно так. Возможно, что да, выпорет немного сильнее, но не более. К тому же я сразу же начну ныть и просить, чтобы он простил меня. Прозвучит его любимое:"Выпорю, прощу!". А потом опять нудные нравоучения. И он забудет про мою просьбу.
Вроде убедила себя, но страх никуда не уходит. Какое-то странное предчувствие, что сегодня я получу сполна. Что сегодня меня ждёт реальная порка, а не массаж попы. Опять слёзы. Пытаюсь заняться домашней работой, но всё валится из рук. Плюю на всё и иду спать. Но сон не идёт. Страшно. Все мысли о том, что меня сегодня ожидает. Проваливаюсь в сон, но тут же в ужасе открываю глаза. И опять проваливаюсь в сон.
На часах 15:00. Делаю себе кофе. Одеваюсь. То, что я поспала, помогло. Страх ушёл. Слёзы высохли. Вроде собралась и всё приготовила. Секатор, нож, простынь и одеяло, чтобы положить на бревно, на котором мне сегодня предстояло лежать кверху попой. Кладу всё в багажник машины. И вот я уже на трассе. Сворачиваю в лес. Ещё пару километров по лесной дороге. Останавливаюсь. Здесь заросли орешника. Я всегда думала, что розги режут из березы. Берёзовая каша. Да и первый верхний всегда готовил берёзовые розги. Но Рихард научил меня, что розги можно резать и из ивы, и из рябины, и из орешника. И сам он предпочитал молодой орешник. Длинные, ровные прутья по два и более метра в длину. Достаю секатор. Начали дрожать руки и потянуло внизу живота. Ладони стали липкими. Да, резать розги, розги, которых боишься как огня, для порки себя любимой, это ещё то удовольствие. Пытаюсь пересилить себя, побороть страх. Начинаю выбирать прутья на розги. Взгляд цепляется за тонкие. Они очень жгучие и болезненные, но следы от них быстро проходят и мне легче терпеть порку именно тонкими розгами. Но, ведь я хочу жестокую порку. Чтобы и вовремя порки было ой как больно. И после порки ещё пару дней оставались болезненные воспоминания.
На глазах навернулись слёзы. В одной руке толстый и длинный прут, в другой секатор. Глотая слёзы и сопли, режу длинные ветки. Реву, режу и не могу остановиться. Ещё один прут и ещё один. Заставляю себя остановиться. Слёзы блестят на глазах, оборачиваюсь назад. Да, этих розог хватит, чтобы выпороть с десяток нижних.
Убираю секатор и обрываю с веток листья. Без них прутья стали похожи на настоящие розги. Возможно другие бы сейчас любовались своей работой, а у меня, от их вида, увеличился пульс. Ладони опять вспотели. Мне опять страшно. Достаю нож. Рихард говорил, что надо срезать с прутьев сучки, веточки, тогда будут бархатные розги. Но хочу ли я такие розги?! Ведь мне нужна жестокая порка, а не порка бархатными розгами. Заставляю себя убрать нож. Слёзы уже льются ручьём. Складываю нарезанные розги в багажник машины. Достаю из холодильника холодную воду. Нет, мне не жарко, но нужно сделать пару глотков, чтобы успокоиться.
Выезжаю назад, на трассу. Педаль в полик, музыку погромче. Я люблю быструю езду, она поднимает настроение. Посматриваю иногда на спидометр. Всё-таки штрафы за превышение скорости получать неохота. Да и на этой трассе 100 км/ч уже очень быстро. Серпантин, поворот на повороте.
Догоняю какую-то машину. Она еле-еле плетётся. Кусочек прямой. Давлю на газа и обгоняю. Впереди опять свободная дорога, никто не мешает гнать в своё удовольствие. В зеркала я практически не смотрю. Немного испугалась, когда слева от меня показалась машина. Притормозила. Дальше поворот и входить в него двумя машинами глупо и опасно. На обогнавшей меня машине загораются красные огни и появляется бегущая строка:"Полицай. Следуйте за нами!".
Чёрт! Какого дьявола?! Я ничего не нарушала, ехала как положено! Откуда они взялись?! Мне не хорошо. Предчувствие, что я опять что-то сделала не так. А платить ещё раз штраф, мне очень не хочется. За последние полгода я заплатила штрафов, наверно, на тысячу. Ну почему так?!
Мы заезжаем на стоянку. Останавливаемся. Полицейский подходит ко мне, просит мои документы. Взяв их, он возвращается в свою машину. Я жду. Ждать никогда не было моей сильной стороной. Начинаю нервничать и накручивать себе. Чтобы хоть как-то отвлечься, смотрю по сторонам. Знакомая стоянка. Находясь в стрессе, пока ехала за полицейскими, я даже не заметила, где мы остановились. Отсюда, в метрах 500, за лесом, есть хороший уголок отдыха для туристов. Место чтобы погрилить, перекусить, да и просто отдохнуть. Скамейки, столы. Раньше там было много народа. Но потом начали строительство объездной трассы. Перекрыли велосипедные дорожки и про этот уголок совсем забыли, его перестали посещать. Я улыбаюсь, вспомнив, как мы там играли с Рихардом.
Полицейский возвращается и просит выйти из машины. Странно, но я подчиняюсь требованию представителя закона.
- Вы нарушили правила, превысив скоростной режим, допустимый для этого участка дороги! - строго говорит полицейский. Не верю своим ушам. Где и когда я могла превысить скорость. Я постоянно смотрела на спидометр, да и вообще, здесь просто негде разогнаться, чтобы превысить скорость! - на этом участке дороги допустимая скорость 50км/ч.
- Какого чёрта?! - не сдерживаясь, кричу на полицейского, - какие 50?! Вы так шутите или издеваетесь надо мной?!
- Кроме того, - игнорируя мои крики, продолжил представитель закона, - нарушение произошло в населённом пункте!
- Вы реально издеваетесь? Какой населённый пункт?! Тут два с половиной дома! - от одной мысли, что может для меня значить, если это действительно населённый пункт. Даже если я ехала сотню, то для населённого пункта это слишком много! А последствия для меня просто ужасны.
- Вот, посмотрите сами! - он показывает мне видео. Действительно стоит знак, что я заехала в населённый пункт. Чёрт! Ну как же так?! Почему я его не заметила?!
- Кроме того, вы обогнали в запрещённом месте и проехали со скоростью 120км/ч, - продолжил полицейский и показывает мне видео, - с учётом погрешности Вы превысили скорость на 60км/ч и обогнали в запрещённом месте. Это штраф в размере 500 евро и лишение прав на месяц. Кроме того, мы посмотрели на Вашу учётную карточку. В последнее время Вы очень часто нарушаете правила. Что означает, что Вас отправят на переподготовку и на пересдачу!
- У меня нет денег, чтобы заплатить такой огромный штраф, - тихо говорю я. На глазах слёзы, - я потеряла работу. Мне нужны мои права, чтобы найти другую работу. Я просто не могу сейчас потерять права.
- Откройте, пожалуйста, багажник! - приказывает полицейский. Ну, конечно, ему то какое дело до моего положения и состояние. Да и подобное нытьё он уже столько раз слышал. Вытерев слёзы кулаком, нажимаю кнопку на пульте и открываю багажник.
- Что это? - спрашивает меня представитель закона.
- Розги, - о чёрт, я совсем забыла, что у меня в багажнике. Опускаю взгляд и краснею до корней волос. Провалиться мне на месте. Ещё только этого мне ко всем моим проблемам не хватало. Так стыдно мне уже давно не было.
Пауза. Он, наверно, ждёт от меня дальнейших объяснений. А что я могу ему сказать? Мне и так уже более чем стыдно. В такой унизительной для меня ситуации, я просто растерялась. У меня нет слов.
- Пойдёмте со мной! - полицейский грубо хватает меня за руку и тащит за собой. Сначала я опешила. Но поняла, куда он меня ведёт и зачем. Понятно, что этот офицер решил просто воспользоваться мной и моим положением. Там, в этом уголке отдыха, он просто изнасилует меня. Первой мыслью было попытаться вырваться. Но вовремя одумалась. Возможно это был лучший выход из положения. Денег на штраф, не говоря уже на переобучение и пересдачу, у меня нет. Терять права я не могу. Придётся потерпеть.
Пока я так думала, полицейский продолжал тащить меня как козочку на заклание. С ужасом вспоминаю, что полицейских было двое, значит и иметь меня они будут вдвоём. А что делать?! Противно осознавать, что тебя сейчас изнасилуют, но выбора не было. Точнее, он был, но куда хуже. Оставалось надеяться на порядочность полицейских, что после того, как они развлекутся со мной, мне не придётся платить ещё и штраф.
А ещё я подумала, что во всём виноват мой муж. Ведь, если бы он никуда не ушёл сегодня утром, то ничего бы и не было. Я осталась бы с ним дома, никуда не поехала и не попала бы в эту унизительную ситуацию. Да, я никогда не была монашкой и раньше изменяла ему. Но то было всё совсем по-другому. А сейчас даже захотелось попросить полицейских, когда они будут меня насиловать, чтобы записали на камеру или, хотя бы, сделали пару фото. Так хочется показать мужу потом, как два полицейских имели его жену. Появилось такое большое желание сделать ему больно, пусть и не так больно и противно, как сейчас будет мне.
Мы вышли на полянку. Вижу столы и скамейки рядом с ними. Сомнений не осталось. Незаметно для полицейского одной рукой подтягиваю юбочку так, чтобы она прикрывала только часть попы. Зачем, не знаю, но мне кажется это правильным. Я точно знаю, что моя попа выглядит очень привлекательно.
Подходим к столу. Он отпускает мою руку. Я решаю сделать первый шаг сама, и моя рука оказывается у него между ног. Пытаюсь расстегнуть ширинку, но сильная и резкая боль обжигает мою щёку. Полицейский влепил мне оплеуху. Из глаз брызнули слёзы. Ничего не понимаю. За что?! Если не то, о чём я подумала, то накой чёрт он притащил меня сюда?! Или они хотят, чтобы всё выглядело как реальное изнасилование?! Чтобы не было никакой инициативы от меня?! Может мне ещё начать кричать и сопротивляться?!
Пока я раздумывала, на поляне появился второй полицейский. Увидав его, сердечко ёкнуло. Да, я с самого начало понимала, что обслужить мне придётся их обоих. Но всё же, пока здесь был лишь один из них, было не так страшно.
Присмотревшись, я увидала у него в руках розги, которые я сегодня нарезала. Теперь пазл сложился и я всё поняла. Ноги подкосились, я едва успела удержаться за край стола. Господа офицеры решили выпороть меня! У меня началась паника, я не знаю, что делать! Как вести себя сейчас?! Отказаться?! Но что взамен?! Просить, умолять, чтобы вместо порки они согласились на секс?! Но как это будет выглядеть?! Я, как последняя шлюха...
- За превышение скорости, с учётом погрешности, на 60 км/ч, Вы приговариваетесь к 60 ударам розгой по ягодицам! - строго сказал офицер, - за обгон в запрещённом месте к 20 ударам розгой по бёдрам. И, наконец, за сексуальное домогательство сотрудников полиции при исполнении к ещё 20 розгам по бёдрам.
Не верю своим ушам. Это сон, дурной сон! Этого просто не может быть! Надо просто ущипнуть себя, чтобы проснуться. Но не помогает. Полицейские стоят рядом со мной, а на столе лежат розги, которые я сама и нарезала. Какого чёрта я не срезала с них сучки и не сделала их бархатными?!
- Первые пятнадцать ударов, Вы получите от меня, - продолжил полицейский, а у меня от страха сердце ушло в пятки, а блузка прилипла к спине, - вторые пятнадцать от моего коллеги. Потом я и мой коллега, в тандеме, выдадим Вам оставшиеся 30 ударов, каждый по 15. Далее Вы получите по 10 розог от меня, потом столько же, от моего коллеги, по бёдрам. И последние двадцать опять в тандеме, по десять от каждого! Вам понятно?!
Что я могу сказать? Киваю в ответ. Мне страшно! Этого просто не может быть! Может это просто шутка или розыгрыш? Но не очень-то на это похоже, всё очень и очень серьёзно. Меня будут пороть по бёдрам?! Бог мой, это же очень больно и я не смогу вытерпеть подобную порку!
Хочется закричать, послать их куда подальше и убежать. Но не могу. Альтернатива куда хуже, хотя и не так болезненна. Руки автоматически оказываются на попе и тянут юбочку, которую я пару минут сама же задрала, вниз.
- Юбочка, впрочем, как и блузка, Вам сейчас не понадобится! - строго сказал один из полицейских, - Вам придётся раздеться до гола! Наказание поркой, это не только когда больно, но должно быть ещё и стыдно. Как минимум перед поркой, в момент раздевания и ожидания порки!
Пытаюсь что-то сказать, но не получается. Он прав, мне нереально стыдно. Только сейчас сообразила, что блузка и юбка надеты на голое тело и, что господа полицейские это уже давно заметили. Боже, как это унизительно, обнажаться в их присутствии. Ничего не имею против порки при полном обнажении, но дайте раздеться самой, без зрителей. Но сказать у меня не получается и приходится, сгорая от стыда, раздеваться. Хотя что там раздеваться, юбка и блузка. С юбкой получилось достаточно легко и быстро. Аккуратно кладу её на скамейку. Не знаю, почему, но начала раздеваться именно с юбки. Наверно, потому что нижняя и привыкла оголять попу для порки. Ведь порка в обнажённом виде значительно реже, чем порка, когда оголена лишь только попа. А вот с блузкой, дрожащими руками не так-то и просто расстегнуть маленькие пуговички. Злюсь. Злость только мешает. Начинает бесить, что никак не могу справиться с пуговицами и это на глазах у моих экзекуторов. Готова уже просто резко дёрнуть за ткань, просто разорвать блузку. Но, аллилуйя, справляюсь с пуговицами и снимаю блузку. Стараюсь сдержаться, аккуратно складываю её и кладу рядом с шортами. Выпрямляюсь, поворачиваюсь к ним.
Везде и много говорят и говорили о гордости. По-моему, у меня от неё не осталось и следа. Я готова встать перед ними на колени. Готова на всё что угодно, лишь бы они отказались от задуманного. Лишь бы они передумали пороть меня. Но нет, конечно же на колени я не опущусь и просить и умолять, тоже не буду. Значит она, эта гордость, всё же существует?! И она есть и у меня?!

- Приготовьте место для наказания! - говорит страж порядка, который привёл меня сюда и показывает рукой на стол, - Вы знаете, что делать!
Ещё одно унижение. Мало того, что я сама для собственной порки нарезала розги, так ещё под присмотром полицейских мне приходится готовить место, где меня будут пороть. Но выбора нет. Стелю одеяло, потом сверху белую простынь. Еще одно одеяло сворачиваю валиком, чтобы подложить под живот. Зачем я это делаю? Нет, зачем валик под живот, это я знаю. Чтобы приподнять попу, чтобы она, попа, была самой высокой точкой моего тела. Только, вот зачем я это делаю сейчас? Возможно по привычке, ведь полицейские могли и не знать такой детали.
Место для экзекуции приготовлено. Стою рядом со столом, взгляд опущен. Подходит полицейский и застёгивает мне на руках наручники. Становится страшно. Нет, страшно было и до этого. А сейчас уже жутко. За что браслеты?! Я, что, преступница какая-то?! Но опять молчу, не решаюсь что-либо сказать.
И вот я уже на столе. Он достаточно длинный. Мои плечи на одном краю стола, а ноги, полностью, на другом конце. И, ноги, привязывают верёвками к столу за лодыжки и колени. Потом фиксируют талию. Руки, которые и так в браслетах, за наручники притягивают верёвками к перекладине между ножками стола. Теперь я полностью обездвижена. Теперь со мной можно делать всё что угодно, хоть пороть, хоть резать на лоскуты, я ничего не смогу изменить, от этого становится ещё больше страшно. Хотя я и полностью голая, пот покрывает моё тело.
Полицейский, который привёл меня сюда, взял розгу в руку. Зажмурилась от страха. Так нельзя! Пытаюсь успокоить себя. Чего испугалась?! Ты же маза! А они ваниль, а не садисты! Они не смогут тебе сделать слишком больно! У них не хватит на это жестокости и твёрдости! Максимум два, три сильных удара и они испугаются! А дальше будет как в тематических видео, где просто массажируют попу нижним, слегка прикладывая к ней девайс. Просто возьми себя в руки и ничего не бойся! Но сама мало верю в свои же доводы. Свист розги и они, мои доводы, разлетаются как осколки, а страх, он остаётся.
Захотелось, как в детстве, убежать и спрятаться, как я делала, когда меня в детстве хотела наказать мама. Она бегала за мной с ремнём и кричала:"Юлька, зараза такая, вылезай! Ты такая шкода, как тебя наказывать, если ты даже собственную порку превращаешь в игру?! Но выпороть я тебя всё равно должна! Вылезай, кому говорю!". Конечно, я потом вылазила и мама драла меня ремнём. Было больно, я плакала. Но, несмотря на это, было весело и я никогда не злилась на маму из-за того, что она порола меня. А получала я в силу своего характера очень часто.
Свист розги. От страха вся сжимаюсь и напрягаюсь, хотя знаю, что нужно расслабиться. Розга опускается на мою попу, обжигая её. Перед глазами звёздочки, кричу от боли. Удар в полную мужскую силу, без разогрева, да ещё и с захлёстом. Ненавижу розги, ненавижу фиксацию, но ещё больше ненавижу захлёсты! А розга уже во второй раз, с такой же силой, опускается на мои ягодицы. Опять кричу, боль запредельная. Третий, четвёртый удар. Дёргаю руками, но они надёжно привязаны. Пытаюсь убрать попу, но тоже бесполезно. Розга и пятый раз находит мою попу. Терпеть нет сил и кричу жёлтый! Но экзекутор никак не реагирует на мою просьбу и розга опять опускается на мои ягодицы. Перед глазами уже темно. Уровень боли зашкаливает, он давно уже превзошёл допустимый уровень. Кричу "пауза!". Но опять никакой реакции и розга опять обжигает мою попу. Я в отчаянии, я понимаю, что больше не выдержу. Это всего лишь седьмой удар, а меня ожидает сотня. Я просто помру.
Порка продолжается. Полицейского абсолютно не смущают и не пугают мои крики, следы от розги на моей попе. Он продолжает пороть в полную силу, каждый удар с захлёстом. Мой голос уже начал хрипеть от постоянного крика. Я на грани потери сознания. Мной овладел панический страх. Я испугалась, что это конец. Ведь они не тематики и не смотрят за состоянием нижней. Они проигнорировали мою просьбу о паузе. И они могут просто не заметить, когда я потеряю сознание. В том, что я потеряю от боли сознание, я была уже абсолютно уверенна. Такую боль терпеть было просто невозможно.
Но вот мой первый экзекутор отбросил розгу в сторону. Это значит, что первые пятнадцать ударов я пережила. Но, когда я подумала о том, сколько ещё ударов мне предстоит, мне стало плохо, закружилась голова, я едва не потеряла сознание. Но вовремя подул свежий ветер. Обошлось. Меня учил мой первый верхний, что при наказаниях никогда нельзя думать о том, сколько ударов ещё осталось. И сейчас я в этом убедилась.
Второй полицейский взял в руку розгу и встал с другой стороны. Страшно. Пытаюсь успеть перевести дыхание. Опять зажмуриваюсь. Смотреть на то, как экзекутор замахивается розгой, чтобы сделать мне очень больно, выше моих сил.
Свист розги и резкая, обжигающая боль. Кричу. Сил нет совсем, а это лишь первый удар из второй серии. Запрещаю себе думать об этом, а розга во второй раз опускается на мои и так уже достаточно сильно исполосованные ягодицы. Опять кричу. Этот экзекутор тоже бьёт в полную силу и тоже с захлёстом. Его, как и напарника, не пугают ни мои крики, не то, как выглядит моя попа. Ещё удар и ещё. Перед глазами опять темно. Мамочка, ну почему же мне так больно. Мысли теряются. Теряю контроль над собой, своим телом и разумом. Остаётся только боль, очень много боли.
- Нееет!!! - кричу я, увидав, как первый полицейский, взяв розгу, подошёл ко мне, - не надо!!! Хвааатииит!!! Я не могууу большеее!!!
Я даже не заметила, как второй экзекутор выдал свои 15 ударов. И вот сейчас мне предстояло выдержать сразу тридцать ударов. Меня ещё ни разу не пороли в тандеме, я и понятия не имела, что это такое. Мне вполне было достаточно тех 30, что я уже получила.
- Мальчики, миленькие, я всё поняла!!! - забыв всякий стыд, продолжала я умолять своих палачей, - я больше никогда не буду нарушать правила!!! Пожалуйста, простите меня!!!
Я ещё по наобещала целую кучу всего, лишь бы меня только прекратили пороть. А ещё я вспомнила, как в прошлый раз, когда мой верхний порол меня за превышение скорости. Как я смеялась и говорила, что мазу нельзя, просто невозможно наказать поркой. Если только в наказание отменить порку. Теперь я абсолютно уверена, но в обратном. Мазу можно наказать именно поркой и ещё как наказать. Наказа тельная порка и просто порка, это как изнасилование и секс.
Дальше я подумать не успеваю. Дальше начался кошмар. Я перестаю что-либо соображать. Боль отключает мой разум. Я кричу и дёргаюсь всем телом, мотаю головой, чтобы хоть как-то справиться с болью. Действительно, такого я ещё ни разу в жизни не испытывала. Вокруг меня перестало что-либо существовать. Боль заполнила всё пространство вокруг меня. Я просто потерялась в пространстве и во времени. И только розги, одна за другой, опускаются на мою попу. А я хриплю от боли, пытаясь вырваться, но верёвки держат меня достаточно хорошо и надёжно.
Открываю глаза. Как ни странно, я ещё живая. Полицейские стоят рядом. Рассудок потихоньку возвращается. Задница горит огнём. Жалобным голосом прошу простить меня и прекратить экзекуцию. Говорю, что я всё-всё осознала и буду самой правильной из всех водителей на дороге. Но в ответ слышу, что я раньше должна была об этом подумать, когда получала штрафы за превышение скорости. А сейчас уже поздно. И, что я получу своё наказание от первого до последнего удара.
Хоть большую часть ударов я уже получила. Хоть их осталось всего 40. Что значит всего? Я закричала "жёлтый!" уже после пятого удара, а тут целых сорок! К тому же я прекрасно знаю, что такое порка по бёдрам. А теперь я знаю что такое тандем. От этого сочетания мне опять становится плохо, кружится голова. Страх опять начинает овладевать моим разумом. Делаю последнюю попытку уговорить полицейских простить меня. Но и она ни к чему не привела.
Первый экзекутор, взяв розгу, подошёл ко мне. Я опять зажмурилась и приготовилась к новой порции боли, которую я едва ли смогу вытерпеть. Я, действительно, готова абсолютно на всё, лишь бы меня не секли по бёдрам. Но на полицейских мои просьбы никак не действуют.
Свист розги и удар. Из глаз полетели звёздочки. У меня перехватило дыхание, я даже не могу просто закричать. Второй удар, как и первый, в полную мужскую силу и опять с захлёстом. Чувствую, что я теряю рассудок. С этой болью мне не справится. Третий удар, продолжаю кричать и дёргаться всем телом. Я ничего не могу поделать, боль овладела мной. Четвёртый удар. Сил больше нет. Кричу "красный! Стоп!"! Но мои крики о прекращении экзекуции опять игнорируются. Порка продолжается, а я от боли опять перестаю что-либо соображать.
Мне дают отдышаться. С трудом прихожу в себя и понимаю, что первые десять я уже получила. Только десять, а мне ещё предстоит... Заставляю себя не думать от этом, иначе можно сойти с ума.
Второй экзекутор уже стоит с розгой в руке рядом со мной. Силы окончательно покидают меня. Я едва ли переживу этот десяток. Скорее всего, в тандеме они уже будут пороть моё бездыханное тело. А ведь я ещё так молода. От этой мысли по щеке покатились слёзы. И тут же розга опустилась на мои бёдра. Запредельная боль и опять темно перед глазами. Небольшая пауза и следующий удар. И ещё один удар. Опять перестаю что-либо соображать, только лишь дёргаюсь всем телом, хотя сил больше нет и кричу. Экзекутор никак не реагируя на мои крики, продолжает порку. Удары очень сильные, безжалостные и беспощадные. Я опять на грани, но все-таки это всего десять ударов и они, слава богу, заканчиваются.
Едва успеваю отдышаться и прийти в себя, а оба полицейских уже стоят наготове, у каждого в руках розга. Понимаю, что сейчас будет последняя и самая болезненная часть наказания. Но не понимаю, как я смогу её пережить. Опять закрываю глаза и отдаю себя на милость экзекуторам, запрещая себе о чём-либо думать, особенно о боли и о том, что я не смогу выдержать эту часть порки.
Резкая и сильная боль обжигает мои бёдра, душа едва не вырывается из тела. Мне показалось или я действительно это ощутила. Но как тело было крепко привязано к столу, так и душа оказалась надёжно присоединено к телу. Удары посыпались один за другим. Боль буквально выплёскивается через край. Кричу что есть мочи, дёргаюсь, испытывая верёвки на прочность, но они выдерживают. Слышу или мне кажется, что мой голос затихает. Я его уже совсем не слышу. Это всё?! Это конец?! Меня больше нет?!
Открываю глаза. Я по-прежнему лежу на столе, по-прежнему привязана, накрытая тёплым пледом. Хотя на улице лето, меня трясёт. Кружится голова, ноги и попа горят огнём. Осторожно смотрю по сторонам, полицейские стоят рядом со мной. Они о чём-то между собой тихо разговаривают, но одним глазом посматривают на меня. Подумалось, что из них получились бы хорошие верхние. Закрываю глаза. Внутри меня какая-то пустота. Как будто что-то сломалось или сгорели предохранители. А может просто сели батарейки.
Дрожь потихоньку проходит. Мне помогают подняться и дают бутылку с водой. Хорошо, что она уже открытая, сама, в таком состоянии, я ни за что не смогла бы её открыть. Рука дрожит, бутылка бьёт по губам. Пришлось взять её двумя руками. Так проще. Сделала пару глотков, стало легче. Сделала ещё несколько глотков и вернула бутылку. Как робот на ватных ногах подхожу к скамейке, где лежит моя одежда. Надеваю блузку, но застегнуть пуговицы не получается. Опять начинаю нервничать, но один из полицейских приходит мне на помощь. Он же и предлагает, чтобы я не надевала юбочку. Я соглашаюсь, представляя сколько трудов будет мне стоить натянуть мини-юбку на мою, увеличившуюся в размерах поле порки, попу. А сколько боли? Опираюсь на руку, которую он предложил, с голой поротой попой, иду в сторону стоянки. Второй полицейский догоняет нас возле машины. Он же и открывает её и дверь передо мной. Сажусь, морщусь от боли, а полицейский тем временем складывает в багажник оставшиеся розги и всё остальное, что использовалось для моего наказания.
- Мы можем Вас прямо сейчас отвезти домой или подождём здесь, пока Вы придёте в себя, - сказал полицейский, который привёл меня сюда. Только сейчас я заметила, что мне открыли дверь с пассажирской стороны и что я сижу на пассажирском сиденье.
Киваю головой. Стражи порядка решили, что мне нужно время, прийти в себя и отошли в сторону. Я закрываю лицо руками и меня накрывает волной. Такого ещё никогда не было, я разрыдалась как маленькая девочка. Слёзы, которые во время порки, как я думала, просто кончились, потекли с новой силой. А я рыдаю и не могу остановиться. Но, чем больше я рыдаю, тем легче мне становится, как будто вместе со слезами с меня уходит весь негатив, копившийся годами. Такого ещё со мной никогда не было. Прошли все обиды и злость. Как на себя, так и на этих полицейских, которые только что так жестоко выпороли меня.
Потихоньку мои всхлипывания становятся меньше и реже, слёзы уже высохли на щеках. Я улыбаюсь и вижу мир в розовом цвете. Вспоминаю про Рихарда. Он же ждёт меня. Нужно написать ему, что я не приеду. Да и в ближайшие две недели я точно не смогу с ним встретиться для наших игр. Беру смартфон. Улыбаюсь, на сердце становится тепло. Несколько пропущенных от него. Переживает. Сообщение от него, пишет, что вызвали на работу. Ну и хорошо, теперь можно ехать домой.
Выхожу из машины и направляюсь к полицейским. Благодарю их за то, что применили ко мне альтернативное наказание, которое я, конечно запомню на всю жизнь и очень постараюсь больше не нарушать правила. Говорю, что я сама в состоянии доехать до дома.
- Извините, но домой отвезём Вас мы! - возразил один из полицейских. Второй протянул мне руку, в которой была флэшка, - мы сделали пару фото и видео. Это Вам на память. Каждый раз, как появится желание нарушать правила, рекомендуем посмотреть, что Вас за это ожидает!
Я не против, пусть отвезут, если им больше не чем заняться. Попа и бёдра ужасно болят, сидеть очень неудобно. Так что собственный водитель очень кстати.

***
За пять часов до этого. Рихард, прочитав сообщение от своей нижней, решил выполнить её просьбу. Для этого он позвонил своему другу, работавшему в полиции.
- Свен, помнишь, как-то ты говорил, что вместо штрафов за превышение скорости, этих гонщиков, особенно женщин, нужно пороть, - после приветствия сказал Рихард, - так вот, у меня есть нижняя девочка. Она очень хорошая, но за последнее она получила слишком много штрафов за превышение. Я думаю, что её пора за это как следует выпороть. Я бы и сам с удовольствием, но она моя нижняя и очень дорога мне. Не мог бы ты выпороть её? Сегодня она поедет ко мне. Всё что нужно для порки на свежем воздухе, в багажнике её машины. Там, где Юля, моя нижняя, будет проезжать, есть прямой участок дороги, возле которого стоят три дома. Там нужно будет поставить знак с ограничением 50км/час. Она его не заметит и проедет со скоростью чуть ли не в два раза больше. Вот и будет причина для порки.
- Хорошо, я с удовольствием накажу твою девочку, выпоров её, - согласился полицейский, - насколько серьёзна должна быть порка?
- Порка, как и всё остальное, должна быть реальной, - ответил Рихард, - никакой пощады, никаких стоп-слов и светофоров!
- Хорошо, высылай координаты, я всё сделаю, как надо!
***
PS. Про юбку, точнее её отсутствие на попе, я, конечно же забыла. Полицейские? Они довезли меня до стоянки перед домом и попрощались. Я не хотела, чтобы меня видели в их обществе. Подождав немного, я взяв сумочку и закрыв машину, направилась домой. На стоянке и во дворе никого не было. Но перед подъездом стояли три пары. Они старше меня, кто-то совсем немного, а кто-то достаточно. Увидев меня, они замолчали, причём все сразу и как-то странно посмотрели на меня. Я удивилась, но поравнявшись с ними, поздоровалась. Дойдя до подъездной двери я остановилась и стала искать ключ в сумочке. Я, буквально спиной чувствовала, как они рассматривают меня и тихо между собой шепчутся. Так хотелось обернуться и что-нибудь им сказать. Может в другой раз я бы так и сделала, но сегодня у меня было очень хорошее настроение и не хотелось его портить. Войдя в подъезд, я стала подниматься к себе. На лестничной площадке я встретила ещё одну семью. Они были одного возраста со мной и были соседями по лестничной площадке. Они тоже как-то странно замолчали и посмотрели на меня. Я поздоровалась, а в ответ какое-то странное бормотание. Пожав плечами и ничего не спрашивая, я поднялась к себе. Проходя мимо зеркала я замерла, а сердечко ёкнуло. Я сразу поняла странные взгляды моих соседей, увидав свое поротое голожопое отражение в зеркале. Мне стало так стыдно. Но потом я улыбнулась. Теперь уже ничего не изменить. Теперь весь дом, а то и весь квартал будет знать, нет, не о моей тематичности, а что ко мне до сих пор применяют розги.
Как изменилось отношение соседей ко мне? Как ни странно или осталось таким же, или стало намного лучше. Некоторые из них, вгоняя меня в краску, шутя говорили, что пожалуются мужу на моё поведение и он всыпет мне розгами по первое число. Почему-то они решили, что это мой муж выпорол меня. Пришлось рассказать и ему об этом случае. О том, как меня выпороли и о том, как и почему это увидели соседи. Между прочим, он, мой муж, оказался не таким уж и плохим. Это просто я была такая сучка, которая постоянно доводила его до точки кипения. А он, узнав про порку, предложил мне свои услуги. Нет, честно. Муж и раньше догадывался о моей тематичности, но никак не мог решиться предложить мне свою помощь. Да и моё настроение и мои капризы, мешали ему это сделать. Кстати, теперь я свич. А наши соседи подарили нам на день рождения хорошую такую плеть, найденную ими на даче, которую они недавно приобрели. Муж покраснел больше чем я, хотя соседи предполагали, что эта плеть будет гулять по моей попе.
С верхним я рассталась, но не из-за того случая. Просто у меня появился новый верхний, точнее партнёр. А на двоих меня просто не хватит.
С работой тоже всё наладилось. Депрессия прошла. Жизнь стала налаживаться удивительным образом.
PPS. Тяга к быстрой езде так и не прошла, несмотря на жестокое наказание. Господа полицейские, а я подружилась с ними, объяснили мне, где можно быстро ездить, а где нельзя. Кроме того они подарили мне приборчик, который показывает, где стоят радары.