Розы для Юлии.

Розы для Юлии. Из Юлькины фантазии
Юлия Стайнвазен

Юлия стояла возле кабинета директора. Стояла и смотрела на дверь. Стояла и набиралась смелости. Она прекрасно понимала, что ее там ожидает. Наконец, собравшись с силами, девушка постучала в дверь.
- Войдите! - раздался голос с другой стороны.
Несмелыми шагами девушка вошла в кабинет.
- Фрейлейн Юлия? Подождите у двери, я сейчас освобожусь!
- Да, и лицом в угол встаньте! - приказал хозяин кабинета, Адемир Аркадьевич.
Девушка решила, что лучше будет сделать, что от нее требуют, хотя на языке вертелось, что ответить директору.
- Подойдите к столу, - оторвавшись от бумаг, сказал директор.
- Как Вы думаете, фрейлейн Юлия, зачем я вас пригласил в мой кабинет, - спросил директор, когда девушка подошла к столу.
- Я не знаю, - тихо ответила Юлия, - наверно это наша библиотекарша нажаловалась.
- Софья Петровна? - удивленно переспросил мужчина.
- Ну да. Она вчера сказала про цветы, - начала, как всегда, быстро тараторить Юлия, - точнее, она сказала: „розы для Юлии“. Ну а мне послышалось: „розги для Юлии“. Ну вот я и нахамила ей. А чё, почему розги и почему для меня. Ну короче как-то так получилось.
- Причем здесь розы? - не понимая, о чем тараторит эта взбаламученная девчонка, - спросил директор.
- А я сама не знаю, - ответила девочка, - после того, как я ей нахамила, я забыла спросить. А она забыла или не захотела повторить про розы.
- Нет, это не Софья Петровна, хотя и могла, - сказал Адемир Аркадьевич. И строго продолжил - сядьте за стол и ознакомьтесь с тем, что написано на бумаге!
- Ознакомились? Что Вы на это можете сказать в ваше оправдание? - спросил директор, после того, как девушка ознакомилась с бумагой.
- Так это наш Астролог! - несправедливость всего происходящего придало девушке наглости. Она очень хорошо понимала, что наказание ее будет намного сильнее, если она откроет сейчас рот, но промолчать она уже не могла. Ее понесло, - так это из-за рассказа „Sex online“ он так разозлился!
- Что за рассказ? И почему преподаватель так разозлился? - продолжал свой допрос директор.
- Так этот лысый пердун узнал себя в одном из эпизодов, я так думаю, - девушка даже улыбнулась.
- Вашей наглости нет предела, - возмутился директор, - так назвать всеми уважаемого, заслуженного...
- Ну я и говорю, - перебила его Юлия, - этот старый козел постоянно хочет залезть мне под юбку, а я против . Говорю ему, что он не в моем вкусе. Вот он и бесится.
- С Вами невозможно разговаривать! - закричал директор, - за свою наглость Вы получите в два раза больше ударов, чем стоит на бумаге. Распишитесь, что Вы ознакомились с содержанием, назначенным Вам наказанием и дайте бумагу мне.
Получив бумагу, директор исправил количество ударов, указанных в ней. Сделав это, он строго посмотрел на девушку. От этого взгляда у девушки пробежала дрожь по спине.
- Так, теперь, будьте так любезны, подать мне тоуз! - приказал он, наслаждаясь страхом девушки.
- Мне повторить свою просьбу, фрейлейн Юлия?! - грозно спросил директор, видя, что девушка никак не решается подняться со стула и снять со стены тоуз.
Наконец Юлия смогла побороть свой страх и подняться. Но руки не хотели ее слушаться. Она с трудом смогла снять тоуз, которым ее сейчас будут жестоко пороть, со стены. В том, что достанется ей хорошо, в этом она уже ни капельки не сомневалась.
- Юлия, я хочу с тобой поговорить, - неожиданно для девушки мягким тоном сказал директор. Он перешел на „ты“.
- Да, Адемир Аркадьевич, конечно, - тихо ответила Юля.
- Вот объясни мне, как такое возможно, что все сотрудники ненавидят тебя?
- Как все? - с удивлением спросила девушка.
- Ну вот, например учительница физкультуры, Оля Семеновна.
- Эта, ёбн...
- Ты хотела сказать, неординарная, - перебил ее директор.
- Ну да, я и говорю, на всю голову, - продолжила Юлия. Ее опять понесло. Вся злость, которую девушка держала в себе, пошла наружу, - по-моему она зазвездилась. У нас, как бы, одна звезда. Вот как зазвездит когда-нибудь этот звездочет этой звезде...
- Понятно, а учитель физики?
- Пизик? А чё, он сам-то нормальный мужик, а вот его истеричка...
- Кто? - удивленно спросил Адемир Аркадьевич.
- Ну историчка, они, как бы, сладкая парочка. Ну вот, он под ее дудку и пляшет. Вот, а она меня считает дурочкой, - продолжила девочка, - всегда говорила, что я могу только переключатели переключать. А теперь говорит, что мне нельзя даже кнопки доверить.
- Я помню, как ты кнопки нажимала, - серьезно сказал директор, - ничего восстановить невозможно было.
- Да, но все же выяснили. Я нечаянно, да и наказали же меня потом, - ответила девушка.
- Ну а новые сотрудники почему не любят тебя?
- Кто? - спросила Юлия.
- Ну вот, например учитель музыки.
- Арчи, что ли?
- Почему Арчи? - теперь удивился директор.
- Потому что поет, - ответила девушка, - да и вообще тряпка он, а не мужик!
- Это из-за того, что поет? - поинтересовался хозяин кабинета.
- Нет, хотя. Вы же помните наш конфликт из-за копий? - спросила Юля.
- Ну конечно помню, это было просто недоразумение.
- Вот и я говорю, что он недоразумение. Как он тогда разорался на все учреждение. Да и поет он так сладко, аж противно. А играет фальшиво. Да и спелся с уважаемым учителем. В рот ему заглядывает, - высказала свое мнение девушка.
- Хорошо, а новая учительница литературы, чем она тебе не угодила?
- Это Эльвира Петровна? Ну так сует нос куда не просят, советы всем дает, - ответила девушка.
- То есть, как это сует нос. Она тебя хотела научить правильно писать сочинения. Указала на твои ошибки. А что ты ей ответила? Писала, пишу и буду писать с ошибками! Так нельзя! - закончил свою речь директор.
- Вот я и сказала ей, что так нельзя, - подтвердила Юля.
- Ты неисправима. Вообще есть хоть кто-нибудь, кто на тебя не жалуется, - спросил Адемир Аркадьевич. И продолжил, - да, только преподаватель философии на тебя не жалуется. Но и тут у тебя успехи не особенно. Почему?
- Скучно. Не могу я его ни по вертикали, ни по диагонали читать. Никак. Просто скучно, хотя сам он, вроде, и ничего так.
- Ты понимаешь, что все просят, чтобы я тебя исключил из учреждения? - строго спросил директор, - и что я должен это сделать? Ты это понимаешь?
- Так исключайте! - на глазах у девушки навернулись слезы. Она столько всего сделала, а ее вот так...
- И куда ты потом пойдешь? Ты понимаешь, что таких учреждений, как наше, всего пару штук в стране? -задал вопрос директор.
- Уеду за границу, - огрызнулась в ответ Юля.
- Значит так, - после паузы сказал строго директор, - фрейлейн Юлия, Вы будете сейчас наказаны поркой. Процедуру Вы знаете, прошу,, - он опять перешел на „Вы“ и показал рукой на стулья.
- Но, Адемир Аркадьевич, Вы же собрались меня отчислять? - возмутилась девушка, - какая тогда порка.
- Так легко Вы не отделаетесь, фрейлейн, - строго ответил мужчина, - не заставляйте меня ждать.
Нехотя, чуть не плача от обиды и злости, девушка встала коленями на стул.
- Так, это что такое? - строго спросил директор, - давно здесь не были, фрейлейн? Забыли уже, что задницу нужно оголять?
- Извините, - пролепетала в ответ девушка и оголила попу.
- Своим поведением, своей наглостью Вы заработали сегодня на порку самой толстой тростью, которую нам разрешено применять, - сказал директор, после того, как девушка оголила место для наказания.
- Как тростью? - шмыгая носом, спросила она, - мне, ведь полагается порка тоузом.
- Боюсь, что порка тоузом не поможет в Вашем случае, - ответил Адемир Аркадьевич и нанес первый сильный удар. За ним второй, третий...
- Да, Ваша задница настолько привыкла к порке, что даже от трости следов не остается, - сказал директор, - а Вы говорили пороть Вас тоузом.
- Но, то, что Вам больно, это меня радует, - сказал он. Он наслаждался болью девушки, танцем ее попы. И продолжал пороть девушку дальше.
Девушке было очень больно. Она с трудом сдерживалась, чтобы не закричать. Чтобы удержать эту дурацкую позу. Чтобы не слезть со стульев.
- Я вижу, что порка идет Вам на пользу, - продолжая пороть девушку, сказал директор.
- Даже появляются следы на попе, хоть и не такие четкие, как я ожидал, - сказал мужчина, продолжая порку.
- Что ж, я думаю достаточно, - сказал директор, выдав девушке очередную дюжину ударов, - задница Ваша выглядит теперь, более-менее, соответственно наказанию. Вы можете подняться.
- Спасибо, - как положено ответила девушка, глотая слезы. Это была одна из самых серьезных порок, которой она подвергалась в этом кабинете. Юля с трудом, осторожно натянула трусики на свою напоротую попу.
И так же осторожно поднялась.
- Так, что это у Вас за вид? - строго спросил директор. Девушка зло посмотрела на него и прикрылась руками, - руки по швам!
- Фрейлейн Юлия, Вы знаете, что после порки Вас ждет угол?
- Да, - тихо ответила девушка.
- Так чего ждете? Добавки?
- Нет, - так же тихо ответила она и, одарив директора взглядом, полным ненависти, отправилась в угол.
- Фрейлейн, Вы опять забыли про трусы! - строго сказал директор, - да, и руки, пожалуйста за голову!
- Козел, - прошипела девушка, выполняя его требование.
- Вы можете надеть свои трусы, - спустя какое-то время услышала девушка приказ директора и незамедлительно выполнила его, одарив директора все тем же взглядом.
- Вот документ о Вашем исключении из нашего учреждения, - сказал Адемир Аркадьевич и протянул девушке бумаги.
- До свидания, Адемир Аркадьевич, - сказала Юля, взяв бумаги в руку, а выходя тихо добавила, - да пошли вы все.